Распад британской империи

Распад Британской империи

Формирование Британского Содружества.

«Великобритания потеряла Империю и пока не смогла найти для себя новой роли», писал в 1962 году госсекретарь США Дин Ачесон. Британская империя была в основе своей, безусловно, колониальной. При этом главные британские владения можно разделить на переселенческие (слабо заселенные, но богатые ресурсами территории, куда устремлялся поток выходцев из метрополии и других стран и где экономика, социальная структура, традиции рождались заново, почти на пустом месте) и туземные, «национальные». (территории, где давно уже сложилось традиционное общество, которое лишь трансформируется в условиях колониального господства). По числу переселенческих владений Британия в XIX в. являлась безусловным лидером среди колониальных империй. Но туземная часть империи, включавшая всю Индию и часть Африки, была не менее значимой и обширной. А для отношений между Британией и Ирландией более всего подходят «континентальные» характеристики. Британская империя имела также неформальную часть, в состав которой входили сферы влияния в Восточной Азии, например, в Китае и Сиаме.

Британская империя развивалась преимущественно по пути решения чисто практических задач, обусловленных экономическими, социальными и геополитическими интересами. Более или менее солидное идеологическое обоснование Британская империя получила лишь при вступлении в кризис. В ней четко разграничивались метрополия и периферия. Но это не отрицало того обстоятельства, что империя представляла собой единую систему, а патриотические чувства британцев в большинстве случаев тесно переплетались с имперским шовинизмом.

В своей колониальной политике правительство Эттли также продолжало курс консерваторов, применяя и их методы. Но после победы над Германией, в условиях, когда соотношение сил в мире явно изменялось в пользу советской модели, положение Британии в ее собственных колониях оказалось довольно сложным. Приходилось маневрировать, чтобы сохранить свое господство, и даже уступать там, где другого пути не было. Поэтому политика имперского правительства носила сдерживающий характер. В Лондоне прекрасно понимали, что в целости и неприкосновенности империю не удержать – ее время ушло и по объективным причинам, и в силу субъективных факторов. Деятельность правительств Великобритании была направлена скорее на то, чтобы демонтаж имперских институтов не носил характера обвала и катастрофы. Именно поэтому империя сдавала одну позицию за другой, а не рухнула в одночасье.

Вынужденно пришлось при этом считаться с обещаниями, данными во время войны народам колоний, к которым метрополии пришлось обратиться за помощью, когда империя находилась в тяжелом положении. Приходилось считаться и с развернувшимися в колониях после войны национально-освободительными движениями, которые уже невозможно было подавить силой. Когда в августе 1945 г. Индонезия провозгласила свою независимость, правительство Эттли направило туда стотысячную армию в помощь голландским колонизаторам, однако под давлением общественного мнения эта армия была выведена из Индонезии в середине 1947 г. Безрезультатными были и попытки оказать военную помощь Франции в Индокитае.

В собственной колониальной империи с наибольшими трудностями пришлось англичанам столкнуться в Индии. Движение за независимость парализовало действия англо-индийской администрации, и 15 марта 1946 г. Эттли официально признал в парламенте право Индии на независимость. Но, согласившись на эту серьезную уступку, правительство стало изыскивать пути такого решения вопроса, которое дало бы ему возможность сохранить свое господство иными средствами. Индия была расчленена по религиозному признаку на два государства, которые остались в составе Британской империи в качестве доминионов. Тем не менее Индийский Союз и Пакистан перестали быть колониями и получили, хотя и ограниченную, государственную независимость. Независимость и статус доминиона получил также и Цейлон. Бирма добилась независимости, но отказалась от статуса доминиона. Только в Малайе английский колониальный режим упорно добивался полного сохранения своих позиций, английские войска жестко подавляли национально-освободительное движение в этом районе. Это неудивительно, ибо Малайя (с Сингапуром) была точкой, откуда можно было оказывать влияние на судоходство и торговые коммуникации между Индийским и Тихим океанами. Без Малайи британское господство на Востоке становилось ассиметричным, потом – эфемерным, а после – исчезало совсем, хотя бы потому, что Гонконг (Сянган) никак компенсировал эвентуальную потерю Сингапура. Вынужденно пришлось уступить даже некоторые позиции и на Ближнем Востоке. В 1946 г. Англия вывела свои войска из Сирии и Ливана, а в 1948 г. отказалась от своего мандата на Палестину.

Национально-освободительное движение в африканских колониях Англии еще не получило такого развития, чтобы вынудить ее к серьезным уступкам. Но и здесь английскому империализму пришлось маневрировать. Еще в марте 1940 г. при правительстве Чемберлена в интересах политической и экономической мобилизации империи был принят закон, в котором указывалось, что английское министерство финансов будет выплачивать колониальным правительствам ежегодно в течение 10 лет до 5 млн.ф.ст. на развитие средств сообщения и связи, на цели просвещения, здравоохранения, водоснабжения и т.д. В 1945 г. правительство Эттли приняло новый закон под тем же названием, в котором сумма ежегодных расходов была повышена до 12 млн. ф. ст. и должна была предоставляться с 1946/47 до 1955/56 г. Однако ни коалиционное правительство военного времени, ни правительство Эттли не выполнили этих обещаний: за время с 1940/41 по 1944/45 г. было израсходовано на указанные цели только 5,7 млн. ф. ст. (вместо 25 млн.), а в 1945/46 — 1949/50 гг. — только 33 млн. ф. ст. (вместо 60 млн.). Если учесть, что за время войны Англия вывезла из своих колоний сырья и продовольствия на сумму около 500 млн. ф. ст. а всего до конца июня 1952 г. на сумму 1042 млн. ф. ст. оплата которых была заморожена, то видно, что под лицемерной маской «повышения благосостояния» была погашена только незначительная часть задолженности Англии колониям. Целью колониальной политики правительства Эттли оставалось увеличение производства сырья в колониях, необходимое для разрешения экономических трудностей Англии. С особым усердием оно добивалось этого в колониях африканских.

Произошли и некоторые изменения в отношениях между доминионами и Великобританией. С 1947 г. в документах, печати и литературе термин «Британская империя» уступил место названию «Британское содружество наций», которое применялось иногда еще до войны (на имперских конференциях 1926 г. 1931 г. и др.). Вместо «доминиона» стали писать и говорить «член Содружества». Доминион Ньюфаундленд в результате референдума 31 марта 1949 г. присоединился к Канаде. 18 апреля 1949 г. официально вышла из Содружества Ирландская Республика. Чтобы открыть возможность вступления в Содружество для тех колоний, которые приняли статус доминиона, но установили у себя республиканскую форму правления, конференция премьер-министров стран Содружества в апреле 1949 г. приняла решение отменить формулу Вестминстерского статута 1931 г. гласившую, что «члены Содружества объединены общей верностью короне», и считать английского короля только «символом свободной ассоциации независимых наций — членов Содружества и в качестве такового главой Содружества».

Огромное внимание правящие круги Англии, стоявшая у власти Консервативная партия уделяли в своей политике проблемам Содружества наций и сохранения в любом статусе своей колониальной империи.

В Содружестве в 50-х годах росли центробежные тенденции, наблюдалось прогрессирующее ослабление экономической, политической и военной зависимости стран — членов этого объединения от Великобритании. Нарастали острые противоречия и по вопросам внешней политики. Внутри Содружества формировались фактически две группы государств с различной внешнеполитической ориентацией. Одна из них участвовала в группировках, направленных против национально-освободительного движения, в другой (в основном афро-азиатские страны, ставшие на путь независимого развития) заметно было стремление проводить политику неучастия в военных блоках и сотрудничества со всеми странами на основе принципов мирного сосуществования. Центробежные тенденции в Содружестве особенно отчетливо проявились в период Суэцкого кризиса. На заседании Генеральной Ассамблеи ООН 2 ноября 1956 г. против резолюции о прекращении англо-франко-израильской агрессии вместе со странами-агрессорами голосовали только Австралия и Новая Зеландия. Большинство стран Содружества не поддержало Англию, а Индия и Цейлон заняли решительную позицию в защиту Египта. Дж. Неру впоследствии говорил, что именно в связи с Суэцким кризисом впервые встал вопрос о возможности выхода Индии из Содружества. Известно также заявление министра иностранных дел Канады Л. Пирсона о том, что «Суэцкий кризис поставил британское Содружество на грань распада».

Еще сложнее становилась обстановка в колониях Британской империи, 50-е годы ознаменовались кровопролитными колониальными войнами британского империализма в Малайе, Кении, Британской Гвиане и др. Нараставшее национально-освободительное движение народов колониальных и зависимых стран побуждало английскую буржуазию изыскивать новые формы сохранения своих экономических и военно-политических позиций на ранее подвластных ей территориях. Там, где сила не решала вопроса, она проявляла известную гибкость и всячески маневрировала, стремясь сохранить свое влияние.

Консерваторы были вынуждены признать факт распада Британской империи. В 1957 г. добились независимости колонии Золотой Берег (Гана) и Малайская Федерация, в 1960 г. — Кипр и Нигерия. Однако колониальная империя Великобритании, особенно ее владения в Африке, все еще сохраняла значительные размеры, и процесс ее крушения развернулся во всю силу в следующем десятилетии.

Рекомендуем ознакомится: http://biofile.ru

Распад Британской империи и формирование Британского Содружества.

Страница 1

Историческая летопись » Внешняя политика Великобритании после Второй мировой войны » Распад Британской империи и формирование Британского Содружества.

«Великобритания потеряла Империю и пока не смогла найти для себя новой роли», писал в 1962 году госсекретарь США Дин Ачесон. Британская империя была в основе своей, безусловно, колониальной. При этом главные британские владения можно разделить на переселенческие (слабо заселенные, но богатые ресурсами территории, куда устремлялся поток выходцев из метрополии и других стран и где экономика, социальная структура, традиции рождались заново, почти на пустом месте) и туземные, «национальные».

(территории, где давно уже сложилось традиционное общество, которое лишь трансформируется в условиях колониального господства). По числу переселенческих владений Британия в XIX в. являлась безусловным лидером среди колониальных империй. Но туземная часть империи, включавшая всю Индию и часть Африки, была не менее значимой и обширной.

А для отношений между Британией и Ирландией более всего подходят «континентальные» характеристики.

Вопрос 32 Распад британской колониальной империи в 20 веке. Британское содружество наций.

Британская империя имела также неформальную часть, в состав которой входили сферы влияния в Восточной Азии, например, в Китае и Сиаме[26].

Британская империя развивалась преимущественно по пути решения чисто практических задач, обусловленных экономическими, социальными и геополитическими интересами. Более или менее солидное идеологическое обоснование Британская империя получила лишь при вступлении в кризис.

В ней четко разграничивались метрополия и периферия. Но это не отрицало того обстоятельства, что империя представляла собой единую систему, а патриотические чувства британцев в большинстве случаев тесно переплетались с имперским шовинизмом[27].

В своей колониальной политике правительство Эттли также продолжало курс консерваторов, применяя и их методы.

Но после победы над Германией, в условиях, когда соотношение сил в мире явно изменялось в пользу советской модели, положение Британии в ее собственных колониях оказалось довольно сложным. Приходилось маневрировать, чтобы сохранить свое господство, и даже уступать там, где другого пути не было. Поэтому политика имперского правительства носила сдерживающий характер. В Лондоне прекрасно понимали, что в целости и неприкосновенности империю не удержать – ее время ушло и по объективным причинам, и в силу субъективных факторов.

Деятельность правительств Великобритании была направлена скорее на то, чтобы демонтаж имперских институтов не носил характера обвала и катастрофы. Именно поэтому империя сдавала одну позицию за другой, а не рухнула в одночасье.

Вынужденно пришлось при этом считаться с обещаниями, данными во время войны народам колоний, к которым метрополии пришлось обратиться за помощью, когда империя находилась в тяжелом положении.

Приходилось считаться и с развернувшимися в колониях после войны национально-освободительными движениями, которые уже невозможно было подавить силой. Когда в августе 1945 г. Индонезия провозгласила свою независимость, правительство Эттли направило туда стотысячную армию в помощь голландским колонизаторам, однако под давлением общественного мнения эта армия была выведена из Индонезии в середине 1947 г.

Безрезультатными были и попытки оказать военную помощь Франции в Индокитае[28].

В собственной колониальной империи с наибольшими трудностями пришлось англичанам столкнуться в Индии. Движение за независимость парализовало действия англо-индийской администрации, и 15 марта 1946 г.

Эттли официально признал в парламенте право Индии на независимость. Но, согласившись на эту серьезную уступку, правительство стало изыскивать пути такого решения вопроса, которое дало бы ему возможность сохранить свое господство иными средствами. Индия была расчленена по религиозному признаку на два государства, которые остались в составе Британской империи в качестве доминионов.

Тем не менее Индийский Союз и Пакистан перестали быть колониями и получили, хотя и ограниченную, государственную независимость. Независимость и статус доминиона получил также и Цейлон. Бирма добилась независимости, но отказалась от статуса доминиона. Только в Малайе английский колониальный режим упорно добивался полного сохранения своих позиций, английские войска жестко подавляли национально-освободительное движение в этом районе.

Это неудивительно, ибо Малайя (с Сингапуром) была точкой, откуда можно было оказывать влияние на судоходство и торговые коммуникации между Индийским и Тихим океанами. Без Малайи британское господство на Востоке становилось ассиметричным, потом – эфемерным, а после – исчезало совсем, хотя бы потому, что Гонконг (Сянган) никак компенсировал эвентуальную потерю Сингапура.

Вынужденно пришлось уступить даже некоторые позиции и на Ближнем Востоке. В 1946 г. Англия вывела свои войска из Сирии и Ливана, а в 1948 г. отказалась от своего мандата на Палестину.

Страницы: 123

Почему распалась Британская империя?

Ахиллес

Хочу затронуть эту тему, в связи с той ролью, которую сыграла Британия в распаде нашей империи. Не долго она просуществовала на карте, после Первой мировой. Что же случилось? В голове не укладывается, империя, которая смогла похоронить всех своих конкурентов, вдруг практически за 50 лет развалилась прямо на глазах всего мира?
Особенно меня интересует как способствовал СССР и США этому.

Ведь не может же быть случайностью, тот факт, что главный распад БИ начался после ВОВ когда СССР и США заметно усилились?

По материалам СМИ:

***

Впервые на грани распада Британская империя оказалась в 70-80 е гг.

XVIII столетия, когда восставшие колонии в Северной Америке выиграли войну за Независимость (что и положило начало образованию США). Хотя Британии и не удалось восстановить контроль над этой территорией (еще одна попытка была предпринята в 1812-1814 гг.), но в течение XIX в.

были значительно расширены оставшиеся территории, завоеваны новые владения. Памятуя о прошлом, правители страны с беспокойством следили за развитием ситуации в переселенческих владениях. Подтверждением обоснованности тревог стало вспыхнувшее в 1837-1838 гг.

восстание в Канаде, которое удалось подавить лишь ценой больших усилий. В середине века наиболее дальновидные британские политики пришли к выводу, что удержать такие владения в орбите британского влияния можно лишь путем уступок — допустить объединение отдельных колоний в союзы, построенные по принципу федерации, и предоставить им в рамках империи автономию. Для обозначения подобных образований был введен термин "доминион".

Первой в 1867 г. статус доминиона получила Канада — самая развитая из британских колоний, имевшая в своем составе некогда отобранный у Франции Квебек и к тому же граничившая с США. В 1901 г. этот статус приобрела Австралия, а в 1907 г. — Новая Зеландия. После кровопролитной англо-бурской войны 1899-1902 гг. к уже имевшимся у Британии владениям на Юге Африки были присоединены республика Трансвааль и Оранжевое Свободное государство. В 1910 г. был создан Южно-Африканский Союз — федерация старых и новых владений, официально получившая статус доминиона в 1921 г.

Автономия доминионов и их права расширялись.

После первой мировой войны делегации доминионов стали принимать участие в международных конференциях. С одной стороны, благодаря этому Великобритания приобретала дополнительных союзников на сложных переговорах по послевоенному урегулированию; с другой — приглашение доминионов на международные переговоры самого высокого уровня было свидетельством укрепления их позиций.

В середине 1920 х гг. доминионы добились фактического равенства с метрополией в международных делах, что в 1931 г. было закреплено Вестминстерским статутом — своеобразной конституцией Британской империи. Доминионы превратились в полностью суверенные государства, сохраняющие лишь формальную привязку к политической системе метрополии (институт генерал-губернатора, назначаемого британским монархом по рекомендации местного парламента и т.д.).

Процесс суверенизации доминионов растянулся, таким образом, на многие десятилетия и представлял собой цепь последовательных уступок имперского центра динамично развивающимся переселенческим владениям, в конце концов, обогнавшим по многим показателям метрополию.

При этом новые нации, формировавшиеся в переселенческих колониях Великобритании, были готовы довольствоваться изменением реального статуса своей страны при сохранении внешней, ритуальной формы зависимости от метрополии, что рассматривалось как дань сложившейся традиции и общему прошлому.

Иное дело — национальные владения, где сепаратистское движение развивалось под лозунгами свержения иноземного господства, восстановления независимости. Характерно, что предоставление статуса доминиона Ирландии в 1921 г. и Индии в 1947 г. не удовлетворило народы этих стран, и там были провозглашены республики.

Ирландская проблема остро встала в политической жизни Великобритании в последние десятилетия XIX в. Вокруг вопроса о гомруле — самоуправлении для Ирландии — развертывались жестокие политические сражения, от исхода которых нередко зависела судьба английских правительств.

Участники национально-освободительного движения в Ирландии применяли различную тактику действий — от вооруженного восстания до ненасильственного сопротивления.

Именно борцам за свободу этой страны принадлежит изобретение тактики бойкота и обструкции, которую они с успехом использовали. В конце первой мировой войны коалиционное правительство, возглавляемое Д.Ллойд-Джорджем, приняло решение о предоставлении Ирландии самоуправления, но разногласия по поводу его осуществления привели к новому восстанию на острове, закончившемуся обретением им фактической независимости.

Антианглийские же настроения в Ирландии были так сильны, что в годы войны с фашизмом страна, оставаясь формально британским доминионом, чуть было не выступила на стороне Гитлера.

Потеряв Ирландию и превосходство над доминионами, Британия после первой мировой войны не только удержала, но и расширила свои "туземные" владения.

Под ее контроль попала значительная часть "подмандатных территорий" — бывших германских колоний и турецких провинций. Однако продолжавшееся отставание метрополии в темпах экономического развития, ослабление ее военно-морской мощи и общие изменения на мировой арене делали неизбежным окончательный распад империи. Накануне и в годы второй мировой войны уже разрабатывались планы изменения статуса Индии в составе Британского Содружества.

Но предоставление в 1947 г. лейбористским правительством К.Эттли фактической независимости крупнейшей британской колонии вызвало шок у многих жителей метрополии. Некоторые из них переживали эвакуацию британских властей из Индии так же болезненно, как если бы они эвакуировались из граничащего с Лондоном графства Кент. Резкой критике подвергли действия лейбористов представители консервативной партии.

После начала войны между Индией и Пакистаном и установления диктаторского режима в также получившей независимость Бирме правительство К.Эттли решило перейти в колониальном вопросе к политике сдерживания. Консерваторы, вернувшись в 1951 г. к власти, попытались занять еще более жесткую позицию в отношении освободительного движения в колониях.

К уже шедшей войне в Малайе добавились военные действия в Кении и на Кипре. Кульминацией усилий консерваторов спасти остатки империи стала попытка интервенции против Египта, предпринятая в 1956 г.

совместно с Францией и Израилем (Суэцкий кризис). Возглавлявший в то время правительство А.Иден не решился открыто заявить народу своей страны о характере происходивших событий и вынужден был капитулировать вместе с союзниками после угроз со стороны СССР и негативной реакции США. Поэтому завершение распада империи стало лишь вопросом времени.

Распад Британской империи растянулся на десятилетия и происходил скорее в форме "размывания", чем "взрыва" или "обвала".

Процесс этот имел немалые издержки и жертвы. И все же вовремя принимавшиеся нестандартные решения позволили метрополии избежать более губительных последствий, в том числе на заключительной стадии имперского распада.

Доказательством тому может служить история Франции, которая со второй половины 1940 х и до начала 1960 х гг. вела целую серию колониальных войн, из них две весьма крупные — в Индокитае и Алжире.

Но принесенные жертвы не изменили результата — империя распалась.

Британцы и французы не без основания полагают, что в большой степени обязаны окончательным распадом своих колониальных систем после второй мировой войны США и СССР. Немалую роль в кризисе обеих империй сыграло идеологическое влияние — либерального эгалитаризма и социалистического интернационализма соответственно.

Но влияние супердержав на колониальную периферию прежде всего стало следствием ослабления позиций ведущих европейских стран в экономике и военной сфере.

Известный историк П.Кеннеди, проведя сравнение совокупного потенциала Британии, Франции и Италии с потенциалами США и СССР на рубеже 1940-1950 х гг., доказал, что и с точки зрения экономической мощи, и с точки зрения военной силы европейские страны оказались в тот период "на заднем плане".

Однако, освободившись от бремени колониальных забот, страны Западной Европы укрепили свои позиции.

Пойдя же по пути интеграции, достигнув устойчивого экономического роста и значительного повышения стандартов жизни, они стали мощным центром притяжения для многих "формальных" и "неформальных" составлявших советской империи.

Новые центры притяжения возникли и на южных границах СССР. В то же время экономика самого Союза и советское общество в целом находились уже в состоянии "застоя".

***

Ну и более тайные сведения, уж не знаю насколько они объективны.

Автор ставит в вину (или заслугу) роль президента Рузвельта в крушении Британской империи:

Совещания военных представителей обеих сторон, состоявшиеся в течение дня, повлекли за собой некоторое нарушение идеального единства, которым было отмечено утро. Англичане снова всячески старались убедить нас уделять как можно больше материалов по ленд-лизу Англии и как можно меньше Советскому Союзу.

Я не думаю, чтобы ими непосредственно руководили политические мотивы, хотя следует признать, что в сущности их неверие в способность России к сопротивлению носило политический характер. На этих совещаниях и Маршалл, и Кинг, и Арнольд продолжали настаивать на том, что вполне разумно оказывать Советам всяческую возможную помощь.

Ведь как бы то ни было, доказывали они, германские армии находятся в России; танки, самолеты, пушки в руках Советов будут нести гибель нацистам, тогда как для Англии ленд-лиз в данное время будет означать лишь наращивание запасов. Кроме того, мы, конечно, не могли забывать и о потребностях собственной обороны, о том, что необходимо для укрепления наших армии и флота.

Со своей стороны, адмирал Паунд, генерал Дилл и главный маршал авиации Фримен на все лады доказывали, что, в конечном счете, эти запасы будут более полезными для решающих военных усилий союзников.

Они упорно твердили свое, — что военные материалы, передаваемые Советам, неизбежно будут захвачены нацистами, что в интересах самой [50] Америки направлять большую часть материалов в Англию. К счастью, американские представители по-иному понимали интересы самой Америки, а также интересы войны в широком смысле. Я же задавался вопросом, не стремится ли Британская империя к тому, чтобы нацисты и русские уничтожали друг друга, пока Англия будет накапливать силы.

Тем временем отец трудился с Самнером Уэллесом над проектом какого-то документа.

Тогда мы еще не знали, что это такое; как оказалось, они работали над текстом Атлантической хартии и над письмом к Сталину, в котором выражалась наша общая решимость добиваться совместными усилиями общей победы над гитлеризмом.

В тот вечер премьер-министр вновь обедал на «Августе».

Этот обед выглядел менее официально; высших военных чинов на нем не было. Присутствовали только отец, премьер-министр, их ближайшие помощники, мой брат и я. Поэтому здесь было гораздо больше возможностей познакомиться с Черчиллем поближе.

Он снова был на высоте положения. Его сигары сгорали дотла, коньяк неуклонно убывал. Но это, повидимому, совершенно не сказывалось на нем.

Его мысль работала не менее, если не более ясно, а язык стал еще острее.

И все же в сравнении с предыдущим вечером разговор протекал по-иному. Тогда Черчилль прерывал свою речь только для того, чтобы выслушать вопросы, которые ему задавали. Теперь и другие прибавляли кое-что в общий котел, и поэтому в котле забурлило, и раза два он чуть не ушел через край.

Чувствовалось, что два человека, привыкшие главенствовать, уже померялись силами, уже прощупали друг друга, а теперь готовились бросить друг другу прямой вызов. Нельзя забывать, что в то время Черчилль был руководителем воюющей страны, а отец — только президентом государства, достаточно ясно определившего свою позицию.

После обеда Черчилль все еще руководил разговором. Однако перемена уже начинала сказываться. Впервые она резко проявилась в связи с вопросом о Британской империи.

Инициатива исходила от отца.

— Конечно, — заметил он уверенным и несколько лукавым тоном, — конечно, после войны одной из предпосылок длительного мира должна быть самая широкая свобода торговли.

Он помолчал.

Опустив голову, премьер-министр исподлобья пристально смотрел на отца.

— Никаких искусственных барьеров, — продолжал отец. — Как можно меньше экономических соглашений, предоставляющих одним государствам преимущества перед другими. Возможности для расширения торговли.

БРИТАНСКАЯ ИМПЕРИЯ

Открытие рынков для здоровой конкуренции. — Он с невинным видом обвел глазами комнату.

Черчилль заворочался в кресле.

— Торговые соглашения Британской империи: — начал он внушительно. Отец прервал его:

— Да. Эти имперские торговые соглашения, — о них-то и идет речь. Именно из-за них народы Индии и Африки, всего колониального Ближнего и Дальнего Востока так отстали в своем развитии.

Шея Черчилля побагровела, и он подался вперед.

— Господин президент, Англия ни на минуту не намерена отказаться от своего преимущественного положения в Британских доминионах.

Торговля, которая принесла Англии величие, будет продолжаться на условиях, устанавливаемых английскими министрами.

— Понимаете, Уинстон, — медленно сказал отец, — вот где-то по этой линии у нас с вами могут возникнуть некоторые разногласия.

Я твердо убежден в том, что мы не можем добиться прочного мира, если он не повлечет за собой развития отсталых стран, отсталых народов. Но как достигнуть этого? Ясно, [52] что этого нельзя достигнуть методами восемнадцатого века. Так вот:

— Кто говорит о методах восемнадцатого века?

— Всякий ваш министр, рекомендующий политику, при которой из колониальной страны изымается огромное количество сырья без всякой компенсации для народа данной страны. Методы двадцатого века означают развитие промышленности в колониях и рост благосостояния народа путем повышения его жизненного уровня, путем его просвещения, путем его оздоровления, путем обеспечения ему компенсации за его сырьевые ресурсы.

Все мы наклонились вперед, стараясь не проронить ни слова из этой беседы.

Гопкинс улыбался, адъютант Черчилля, коммодор Томпсон помрачнел и был явно встревожен. У самого премьер-министра был такой вид, как будто его сейчас хватит удар.

— Вы упомянули Индию, — прорычал он.

— Да. Я считаю, что мы не можем вести войну против фашистского рабства, не стремясь в то же время освободить народы всего мира от отсталой колониальной политики.

— А как насчет Филиппин?

— Я рад, что вы упомянули о них.

Как вам известно, в 1946 г. они получат независимость. А кроме того, они уже располагают современными санитарными условиями, современной системой народного образования; неграмотность там неуклонно снижается:

— Какое бы то ни было вмешательство в имперские экономические соглашения недопустимо.

— Они искусственны:

— Они составляют основу нашего величия.

— Мир, — твердо сказал отец, — не совместим с сохранением деспотизма.

Дело мира требует равенства народов, и оно будет осуществлено. Равенство народов подразумевает самую широкую свободу торговой конкуренции. Станет ли кто-нибудь [53] отрицать, что одной из главных причин возникновения войны было стремление Германии захватить господствующее положение в торговле Центральной Европы?

Спор на данную тему между Черчиллем и отцом не мог привести ни к чему.

Разговор продолжался, но премьер-министр снова начал овладевать им. Черчилль говорил уже не отдельными фразами, а целыми абзацами, и с лица коммодора Томпсона начало сходить встревоженное, мрачное выражение. Премьер-министр говорил все увереннее, его голос снова заполнял комнату.

Однако один вопрос остался без ответа; он не получил ответа и на, следующих двух конференциях, на которых встретились эти люди. Индия, Бирма были живым упреком англичанам. Сказав о них вслух однажды, отец и впредь напоминал о них англичанам, бередя своими сильными пальцами раны их больной совести, подталкивая, подгоняя их.

Он поступал так не из упрямства, а потому, что был убежден в своей правоте; Черчилль это знал, и именно это беспокоило его больше всего.

Он ловко перевел разговор на другое, так же ловко втянул в него Гарри Гопкинса, брата, меня — всех нас, лишь бы только увести отца от этой темы, не слышать его высказываний по колониальному вопросу и его настойчивых, раздражающих рассуждений о несправедливости преференциальных имперских торговых соглашений.

Был уже третий час ночи, когда английские гости распрощались.

Я помог отцу добраться до его каюты и уселся там, чтобы выкурить с ним по последней папиросе.

— Настоящий старый тори, не правда ли? — проворчал отец. — Настоящий тори старой школы.

— Мне одно время казалось, что он взорвется.

— Ну, — улыбнулся отец, — мы с ним сработаемся. На этот счет не беспокойся. Мы с ним прекрасно поладим.

— Если только ты не будешь затрагивать Индию.

— Как сказать? Я полагаю, что мы еще поговорим об Индии более основательно, прежде чем исчерпаем эту тему.

И о Бирме, и о Яве, и об Индо-Китае, и об Индонезии, и обо всех африканских колониях, и о Египте и Палестине. Мы поговорим обо всем этом. Не упускай из виду одно обстоятельство. У Уинни{1} есть одна высшая миссия в жизни, — но только одна. Он идеальный премьер-министр военного времени. Его основная, единственная задача заключается в том, чтобы Англия выстояла в этой войне.

— И, на мой взгляд, он этого добьется.

— Верно.

Но заметил ли ты, как он меняет тему, когда речь заходит о какой-нибудь послевоенной проблеме?

— Ты поднимал щекотливые вопросы.

Щекотливые для него.

— Есть и другая причина. У него идеальный склад ума для военного руководителя. Но чтобы Уинстон Черчилль руководил Англией после войны? Нет, не будет этого.

Жизнь показала, что в этом вопросе английский народ согласился с отцом.

На следующее утро, часов в одиннадцать, премьер-министр снова явился в капитанскую каюту «Августы».

Он просидел у отца два часа, занимаясь Хартией. До завтрака он, Кадоган, Самнер Уэллес, Гарри Гопкинс и отец работали над последним ее вариантом. В течение этих двух часов я несколько раз входил в каюту и ловил налету обрывки разговора; при этом я все старался понять, каким образом Черчилль сумеет примирить идеи Хартии с тем, что он говорил накануне вечером. Думаю, что он и сам этого не знал. [55]

Следует отметить, что самый большой вклад в создание Хартии был сделан Самнером Уэллесом, который больше всех потрудился над ней.

Хартия была его детищем с того самого момента, как она была задумана в Вашингтоне; он вылетел из Вашингтона с рабочим проектом окончательного ее текста в портфеле; весь мир знает, как велико было и остается значение этой декларации.

И, конечно, не он и не отец виновны в том, что она так плохо выполняется.

Во всяком случае, работа над редакцией отдельных формулировок продолжалась до завтрака; затем премьер-министр и его помощники вернулись на свой корабль.

После завтрака отец занимался почтой и законопроектами конгресса, требовавшими его внимания: самолет в Вашингтон вылетал в тот же день. К середине дня Черчиллю удалось урвать несколько минут для отдыха. С палубы «Августы» мы наблюдали, как он сходил с «Принца Уэльского», намереваясь пройтись по берегу и взобраться на утес, высившийся над бухтой. На воду спустили вельбот; английские матросы пригнали его на веслах к трапу, и премьер-министр быстро сбежал по ступенькам.

На нем была вязаная фуфайка с короткими рукавами и штаны, не доходившие до колен. С нашего наблюдательного пункта он казался огромным толстым мальчиком, которому нехватало только игрушечного ведерка и лопатки, чтобы поиграть в песке на пляже. Очутившись в вельботе, он направился прямо к рулю и стал командовать.

До нас доносились его отрывистые распоряжения; матросы гребли с большим усердием. Наконец, все они скрылись из вида, но нам потом рассказали о дальнейшем ходе событий. Премьер-министр быстро полез на утес, возвышавшийся на триста-четыреста футов над берегом.

Вскарабкавшись туда, он посмотрел вниз и увидел, что некоторые его спутники привольно расположились на пляже в надежде на проблески солнца. Черчилль тотчас же набрал горсть камешков и стал развлекаться, разгоняя своих напуганных спутников удачными попаданиями. Веселые забавы сильных мира сего!

В семь часов премьер-министр опять приехал к нам на обед — на сей раз по-настоящему неофициальный: кроме отца и Черчилля, присутствовали только Гарри Гопкинс, мой брат и я.

Это был вечер отдыха; несмотря на вчерашний спор, все мы были как бы членами одной семьи и вели неторопливую и непринужденную беседу. Все же Черчиллем попрежнему владело стремление убедить нас, что Соединенные Штаты должны немедленно объявить войну Германии, но он понимал, что в этом вопросе он обречен на поражение. Сообщения о совещаниях наших военных представителей, происходивших непрерывно в последние дни, говорили о растущей убежденности обеих сторон в том, что для достижения окончательной победы Англия нуждается в американской промышленности и в активных действиях Америки; впрочем, в этом вряд ли кто-нибудь сомневался и раньше.

Сознание этой зависимости не могло не сказаться на отношениях между двумя руководителями.

Постепенно, очень медленно, мантия вождя сползала с плеч англичанина на плечи американца.

В этом мы убедились позже, вечером, при новой вспышке того самого спора, который накануне заставил всех нас затаить дыхание.

Это был своего рода заключительный аккорд воинствующего черчиллевского консерватизма. Черчилль встал и расхаживал по каюте, ораторствуя и жестикулируя. Наконец, он остановился перед отцом, помолчал секунду, а затем, потрясая коротким, толстым указательным пальцем перед самым его носом, воскликнул:

— Господин президент, мне кажется, что вы пытаетесь покончить с Британской империей.

Это видно из всего хода ваших мыслей об устройстве мира в послевоенное время. Но несмотря на это, — он взмахнул указательным пальцем, — несмотря на это, [57] мы знаем, что вы — единственная наша надежда. И вы, — голос его драматически дрогнул, — вы знаете, что мы это знаем. Вы знаете, что мы знаем, что без Америки нашей империи не устоять.

Со стороны Черчилля это было признанием, что мир может быть завоеван только на основе условий, поставленных Соединенными Штатами Америки.

И, сказав это, он тем самым признал, что английской колониальной политике пришел конец, точно так же, как и попыткам Англии занять господствующее положение в мировой торговле

Далее здесь:
http://militera.lib.ru/memo/usa/roosevelt/02.html

***

Так кто же прав и от чего развалилась империя которая складывалась веками и достигла пика своего территориального роста накануне распада, предварительно выиграв обе мировые войны, покоряя колонии поверженных противников?

Форум ORION
http://www.forum-orion.com/

© Copyright: Ахиллес, 2010
Свидетельство о публикации №210121100506

Список читателей / Версия для печати / Разместить анонс / Заявить о нарушении

Другие произведения автора Ахиллес

Рецензии

Написать рецензию

Другие произведения автора Ахиллес

Особенности распада Британской колониальной системы.

Предыдущая123456789Следующая

Итоги 2-й мировой войны, завершившейся полным разгромом блока фашистских государств, образование мировой социалистической системы и общее ослабление позиций империализма создали исключительно благоприятные условия для борьбы колониальных народов за своё освобождение и для защиты обретённой независимости.

Развернулся процесс распада колониальной системы империализма, составной частью которого явилось крушение английской колониальной империи. В 1946 была провозглашена независимость Трансиордании. Под давлением мощной антиимпериалистической борьбы Великобритания была вынуждена предоставить независимость Индии (1947); при этом страна была разделена по религиозному признаку на Индию (доминион с 1947, республика с 1950) и Пакистан (доминион с 1947, республика с 1956).

На независимый путь развития встали также Бирма и Цейлон (1948). В 1947 Генеральная Ассамблея ООН приняла решение о ликвидации (с 15 мая 1948) британского мандата на Палестину и о создании на её территории двух самостоятельных государств (арабского и еврейского). Пытаясь остановить борьбу народов за независимость, английские империалисты вели колониальные войны в Малайе, Кении, на Кипре, в Адене, применяли вооружённое насилие в др. колониях.

Однако все попытки сохранить колониальную империю потерпели крах.

Подавляющее большинство народов колониальной части Б. и. добилось политической независимости. Если в 1945 население английских колоний составляло около 432 млн. чел., то к 1970 — около 10 млн. От английского колониального господства освободились: в 1956 — Судан; в 1957 — Гана (бывшая британская колония Золотой Берег и бывшая британская подопечная территория Того), Малайя [в 1963 вместе с бывшими британскими колониями Сингапур, Саравак и Северное Борнео (Сабах) образовала федерацию Малайзию; Сингапур в 1965 вышел из Федерации]; в 1960 — Сомали (бывшая британская колония Сомалиленд и бывшая подопечная территория ООН Сомали, находившаяся под управлением Италии), Кипр, Нигерия (в 1961 в состав федерации Нигерии вошла северная часть подопечной территории ООН Камеруна Брит.; южная часть Камеруна Британского, объединившись с Республикой Камерун, образовала в 1961 федеративную Республику Камерун), в 1961 — Сьерра-Леоне, Кувейт, Танганьика: в 1962 — Ямайка, Тринидад и Тобаго, Уганда; в 1963 — Занзибар (в 1964 в результате объединения Танганьики и Занзибара была создана Объединённая Республика Танзания), Кения; в 1964 — Малави (бывшая Ньясаленд), Мальта, Замбия (бывшая Северная Родезия); в 1965 — Гамбия, Мальдивы: в 1966 — Гайана (бывшая Британская Гвиана), Ботсвана (бывшая Бечуаналенд), Лесото (бывшая Басутоленд), Барбадос; в 1967 — бывшая Аден (до 1970 — Народная Республика Южного Йемена; с 1970 — Народная Демократическая Республика Йемен); в 1968 — Маврикий, Свазиленд; в 1970 — Тонга, Фиджи.

Были свергнуты проанглийские монархические режимы в Египте (1952) и Ираке (1958). Независимости добились бывшая подопечная территории Новой Зеландии Западная Самоа (1962) и бывшая подопечная территория Австралии, Великобритании и Новой Зеландии Науру (1968).

«Старые доминионы» — Канада (в 1949 в её состав вошёл Ньюфаундленд), Австралия, Новая Зеландия, Южная Африка — окончательно превратились в политически независимые от Великобритании государства.

Процесс распада Б. и. привёл к возникновению на её месте т. н.

Содружества, куда входит большинство освободившихся стран, составлявших Б. и. Империалистические круги Великобритании и «старых доминионов» стремятся использовать Содружество как ширму для прикрытия своей неоколониалистской политики, направленной на сохранение экономической и политической позиций в странах Содружества. В Содружество включены территории, ещё остающиеся под господством Великобритании, Австралии и Новой Зеландии, что свидетельствует о сохранении Содружеством ряда черт старой Б.

и. (борьбу за освобождение от господства расистского режима, поддерживаемого Великобританией, ведёт африканское население английской колонии Южной Родезии). Большую опасность для новых независимых государств и колониальных территорий, входящих в состав Содружества, представляет экономическая и политическая экспансия США — глава оплота современного колониализма.

Народы стран Содружества продолжают борьбу против всех форм колониализма и неоколониализма.

Особенности распада Французской колониальной империи.Голлистская внешнеполитическая доктрина строилась на признании приоритета национальных интересов в категориях независимости, влияния и силы.

Де Голль отказался от идеи атлантической солидарности и решительно выступил против сложившейся системы господства 2 миров. Франция заявила, что готова стать опорой диалога м\у Востоком и Западом.

Это улучшило франко-советские отношения. С 58-59г расширились межправительственные контакты и экономическое сотрудничество двух стран. Расширялись связи Франции с восточноевропейскими социалистическими странами.

Зато ухудшились отношения Франции с США. В основном из-за того, что Голль стремился обеспечить полную независимость Франции в области национальной безопасности. Рубежное значение имели англо-французские и англо-американские переговоры 62г о развитии ядерных вооружений.

Англия отвергла французский проект совместного создания ядерных сил и присоединилась к НАТО. С 63г Франция окончательно отказывается от «атлантического курса» и переходит к системе ядерного сдерживания.

В 64г Де Голль заявил, что Франция стала ядерной державой. В 66 Франция выходит из НАТО. Руководству НАТО было предложено в кратчайшие сроки вывести вооружение с территории Франции, она отказалась даже выплатить компенсацию. Залогом изменения системы мо голлисты считали образование 3ей силы, в качестве которой рассматривалась объединенная Европа.

В 60х Франция решительно вернула себе статус лидера интеграционного процесса. Их лозунг – тесное сотрудничество при сохранении национального суверенитета.

Несмотря на обстоятельства прихода де Голля к власти колониальный вопрос не стал приоритетом во внешней политике. Он был убежден, что эпоха колоний закончилась, и что основа взаимоотношений с 3им миром – взаимовыгодные экономические отношения. В соответствии с конституцией 58г Французский союз стал Сообществом, включающее суверенные государства, имеющее право на свободный выход и получение полной независимости. Уже вскоре начался выход участников из Сообщества. Но гибкая политика правительства позволила Франции сохранить значительное экономическое и политическое влияние в этом регионе.

Ключевое значение для отношений Франции со странами 3го мира имело разрешение алжирского конфликта. В сентябре 59г президент заявил о намерении урегулировать алжирскую проблему путем выбора алжирцами их будущего. После почти годичных переговоров французским и алжирским правительствам были подписаны Эвианские соглашения о прекращении огня, об условиях самоопределения Алжира и принципах будущих франко-алжирских отношениях.

! июля 62г французское правительство признало независимость Алжира. Это стало толчком для стремительного развития отношений с арабскими странами.

Берлинский кризис 1961 г.

Так называемому «большому» Берлинскому кризису 1958-1961 г, положил начало советский ультиматум от 27 ноября 1958, касающийся статуса Западного Берлина.

После того как Советский Союз фактически передал свою часть Берлина ГДР, западный сектор в нарушение Потсдамских соглашений 1945 г.

по-прежнему оставался под властью оккупационных войск США, Англии и Франции. В связи с этим СССР потребовал окончания четырёхдержавного управления Западного Берлина и превращение Западного Берлина в демилитаризированный Свободный город.

В противном случае, согласно ультиматуму, Советский Союз был намерен передать контроль доступа к городу властям ГДР и заключить с ней сепаратный мирный договор.

Удовлетворение этого требования привело бы в перспективе к присоединению Западного Берлина к ГДР. США и Франция отвергали советские требования, в то время как правительство Великобритании возглавляемое Гарольдом Макмилланом было готово к компромиссу.

После безуспешных переговоров с США в Кэмп Девиде 1959 и в Вене 1961 Советский Союз отказался от своего ультиматума, но поощрял руководство ГДР к усилению контроля за границей между Восточным и Западным Берлином и в конце концов к строительству Берлинской стены.

До строительства стены граница между западной и восточной частью Берлина была открыта.

Разделительная линия проходила прямо по улицам и домам, каналам и водным путям. Официально действовал 81 уличный пропускной пункт, 13 переходов в метро и на городской железной дороге. Кроме того, существовали сотни нелегальных путей. Отсутствие чёткой физической границы между зонами приводило к частым конфликтам и массовой утечке специалистов в ФРГ. Восточные немцы предпочитали получать образование в ГДР, где оно было бесплатно, а работать — в ФРГ.

В августе 1960 г. правительство ГДР ввело в действие ограничения на посещения гражданами ФРГ Восточного Берлина, ссылаясь на необходимость пресечь ведение ими «реваншистской пропаганды».

В ответ Западная Германия отказалась от торгового соглашения между обеими частями страны, что ГДР расценила как «экономическую войну». После длительных и трудных переговоров соглашение было все же введено в действие с 1 января 1961 г. Но кризис этим не разрешился. Лидеры ОВД продолжали требовать нейтрализации и демилитаризации Западного Берлина. В свою очередь, министры иностранных дел стран НАТО подтвердили в мае 1961 г. намерение гарантировать пребывание вооруженных сил западных держав в западной части города и ее «жизнеспособность».

Оба блока и оба германских государства наращивали свои вооруженные силы и активизировали пропаганду против противника.

Власти ГДР жаловались на западные угрозы и маневры, «провокационные» нарушения границы страны, деятельность антикоммунистических групп. Они обвиняли «агентов ФРГ» в организации десятков актов саботажа и поджогах. Большое недовольство руководства и полиции Восточной Германии вызывала невозможность контролировать потоки людей, перемещавшихся через границу.

Ситуация усугубилась летом 1961 г.

Жёсткий курс восточногерманского лидера Вальтера Ульбрихта, экономическая политика, направленная на то, чтобы «догнать и перегнать ФРГ», и соответствующее увеличение производственных норм, хозяйственные трудности, насильственная коллективизация 1957-60 гг., внешнеполитическая напряженность и более высокий уровень оплаты труда в Западном Берлине побуждали тысячи граждан ГДР уезжать на Запад.

В условиях обострения обстановки вокруг Берлина руководители стран ОВД приняли решение закрыть границу.

С 3 по 5 августа 1961 г. в Москве было проведено совещание первых секретарей правящих коммунистических партий государств ОВД, на котором лидер ГДР Вальтер Ульбрихт настаивал на закрытии границы в Берлине. 7 августа на заседании политбюро Социалистической единой партии Германии было принято решение о закрытии границы ГДР с Западным Берлином и ФРГ. 12 августа соответствующее постановление принял Совет министров ГДР. Полиция Восточного Берлина была приведена в состояние полной готовности.

13 августа 1961 года началось строительство стены.

В первом часу ночи к району границы между Западным и Восточным Берлином были подтянуты войска, которые в течение нескольких часов полностью блокировали все участки границы, находящиеся в черте города.

К 15 августа вся западная зона была обнесена колючей проволокой, и началось непосредственное возведение стены. В тот же день были перекрыты четыре линии Берлинского метро.

Строительство и переоборудование стены продолжалось с 1962 по 1975 год.

Для посещения Западного Берлина гражданам ГДР требовалось специальное разрешение.

Правом свободного прохода обладали только пенсионеры.

Карибский кризис 1962 г.

Карибский кризис — чрезвычайно напряжённое противостояние между Советским Союзом и Соединёнными Штатами относительно размещения Советским Союзом ядерных ракет на Кубе в октябре 1962.

В 1969 году на Кубе был свергнут проамериканский режим диктатора Батисты.

И к власти приходят революционеры, в частности Фидель Кастро. Вначале Куба не заявляла о том, что она собирается выбирать просоветскую ориентацию, что она собирается строить социализм. Но США не нравилось то, что произошло на Кубе. США негативно отнеслись к Фиделю Кастро. Это подтолкнуло новое кубинское руководство к развитию отношений с Советским Союзом. Естественно, что подобные действия стали вызывать еще более негативную реакцию в Вашингтоне.

И после этого США начинают делать ставку на кубинских контрреволюционеров, точнее на кубинских эмигрантов, которые компактно проживают во Флориде, и которых решили использовать для свержения существующего там режима.

Снарядили отряд, который высадился на Кубе в 1961 году, в районе Плай-Херон. Но отряд был разбит кубинскими войсками.

Но это все очень серьезно обеспокоило Советский Союз. Хрущев был очень доволен тем, что случилось на Кубе.

Распад Британской империи

Это была первая страна, строящая социализм в западном полушарии, прямо под боком у США. Было принято решение разместить на территории Кубы ракеты среднего радиуса действия, способные нести ядерный заряд.

Эти ракеты стали размещаться на Кубе в сентябре 1962 года. Причем Америке об этом не говорили, решив поставить ее перед фактом.

Кризис начался 14 октября 1962 года, когда самолет-разведчик U-2 ВВС США в ходе одного из регулярных облетов Кубы обнаружил в окрестностях деревни Сан-Кристобаль советские ракеты средней дальности.

По решению президента США Джона Кеннеди был создан специальный Исполнительный комитет, в котором обсуждались возможные пути решения проблемы. Некоторое время заседания исполкома носили секретный характер, однако 22 октября Кеннеди выступил с обращением к народу, объявив о наличии на Кубе советского «наступательного оружия», из-за чего в США немедленно началась паника. Был введён «карантин» (блокада) Кубы.

На самом деле Кеннеди был не прав.

Американские ракеты находились ближе к территории СССР, чем советские. Американские ракеты были размещены на территории Турции. И в моральном отношении американцы не имели право возмущаться. Что касается международно-правовой стороны вопроса, то это дело Кубы – брать ракеты или не брать у Советского Союза.

Но США рассматривали это как серьезный удар.

Вначале советская сторона отрицала наличие на острове советского ядерного оружия, затем — уверяла американцев в cдерживающем характере размещения ракет на Кубе. 25 октября фотографии ракет были продемонстрированы на заседании Совета Безопасности ООН.

В исполкоме всерьез обсуждался силовой вариант решения проблемы, и сторонники такого варианта убедили Кеннеди как можно скорее начать массированную бомбардировку Кубы. Однако очередной облёт U-2 показал, что несколько ракет уже установлены и готовы к пуску, и что подобные действия неминуемо привели бы к войне.

Президент США Джон Кеннеди предложил Советскому Союзу демонтировать установленные ракеты и развернуть всё ещё направлявшиеся к Кубе корабли в обмен на гарантии США не нападать на Кубу и не свергать режим Фиделя Кастро.

Было достигнуто секретное соглашение, что США выведут свои ракеты с территории Турции. Генеральный секретарь ЦК КПСС Никита Хрущёв согласился, и 28 октября начался демонтаж ракет. Последняя советская ракета покинула Кубу через несколько недель, и 20 ноября блокада Кубы была снята.

Все вопросы решали без Кубы, и Фидель Кастро обиделся на советское руководство. Потому что ему было бы выгоднее, чтобы американцы убрали ракеты с территории Гуантанамо, а не с территории Турции.

На Кубу приехал Микоян улаживать все эти вопросы. Микоян обладал данными прекрасного дипломата.

Карибский кризис продолжался 38 дней. Он имел чрезвычайно важное психологическое и историческое значение. Человечество впервые в своей истории оказалось на грани самоуничтожения. Разрешение кризиса стало переломным моментом в Холодной войне и началом Разрядки международной напряжённости.

Предыдущая123456789Следующая



Вам также может понравиться

Об авторе admin

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *