Метод аускультации предложил


Метод аускультации

Аускультация (auscultare — слушать, выслушивать) — это метод исследования при помощи восприятия звуков, естественно возникающих в организме, которые воспринимаются при непосредственном или посредственном — при помощи какого-либо твёрдого тела — соприкосновении нашего уха с поверхностью тела. Выслушивание голоса, кашля, чихания, громкого дыхания, хрипов, урчания в кишечнике и других звуков, слышимых на расстоянии, не относится к методу аускультации.

Выслушивание звуков, происходящих внутри нашего тела, применялось с диагностической целью и в древности. Так, в сочинениях Гиппократа имеются упоминания о шуме трения плевры, шуме плеска в полости плевры, влажных хрипах в лёгких. В начале нашей эры, несомненно, умели выслушивать и шумы сердца. Но затем в течение полутора тысяч лет выслушивание не играло роли при исследовании больных.

Диагностическим методом выслушивание становится только благодаря францзскому учёному Рене Лаэннеку (1781-1826) , который был талантливым клиницистом, патологоанатомом и преподавателем в медицинской школе в Париже. В 1819 году он опубликовал труд под названием: » О посредственной аускультации или распознавании болезней лёгких и сердца, основанном главным образом на этом новом способе исследования «, в котором он положил начало современной аускультации и настолько её разработал, что основные принципы остались прежними. В этом труде Лаэннек рассказывает историю открытия стетоскопа. » Я был приглашён, — говорит он, — в 1816 году на консультацию к одной молодой особе, у которой были общие признаки болезни сердца и у которой прикладывание руки и перкуссия из-за её полноты давали мало данных. Т.к. возраст и пол больной не позволяли мне воспользоваться непосредственным выслушиванием, то я вспомнил хорошо известный акустический феномен: если приложить ухо к концу палки, то очень отчётливо слышен булавочный укол, сделанный на другом конце. Я подумал, что быть может, возможно использовать в данном случае это свойство тел. Я взял тетрадь бумаги и, сильно скрутив её, сделал из неё трубку. Один конец трубки я приложил к области сердца больной, а к другому концу приложил своё ухо, и я был также поражён, как и удовлетворён, услышав биения сердца гораздо более ясные и отчётливые, чем это я когда-либо наблюдал при непосредственном приложении уха. Я тогда же предположил, что этот способ может стать полезным и применимым методом не только для изучения биений сердца, но также и для изучения всех движений, могущих вызвать шум в грудной полости, и, следовательно, для исследования дыхания, голоса, хрипов и быть может даже колебаний жидкости, скопившейся в полостях плевры или перикарда». Лаэнне дал название почти всем акускультативным феноменам: везикулярное и бронхиальное дыхание, сухие и влажные хрипы, крепитация, шумы.

В России развитие метода аускультации связано с именами П. А. Чаруковского и М. Я. Мудрова. Талантливый русский профессор Григорий Иванович Сокольский, с именем которого связано учение о ревматизме (болезнь Буйо-Сокольского) в работах » Об исследовании болезней слухом и стетоскопом » и » Учение о грудных болезнях » детально описал аускультативные явления, выслушиваемые при пороках сердца и заболеваниях органов дыхания.

Аускультация имеет дело с очень слабыми звуками нашего тела, которые мало или совсем не распространяются в воздухе. Поэтому, если между ухом и поверхностью тела имеется хотя бы тончайший слой воздуха, мы не слышим звуков, но начинаем их воспринимать, как только будет установлено непрерывное сообщение через твёрдое тело между ухом и звучащим телом. Это достигается или прямым соприкосновением уха, например, с грудной клеткой, или соединением их каким-либо твёрдым, способным проводить колебания телом (стетоскопом). На том же основании уже неслышный тон камертона, находящегося перед ухом, снова хорошо и долго воспринимается, если камертон поставить на голову. Таким образом было доказано, что проведение звука в стетоскопах происходит не по столбу воздуха внутри них, а по их стенкам.

Название стетоскоп было дано Лаэннеком. Его стетоскоп первоначально напоминал бумажный свёрток. Это была полая деревянная трубка длиной 33 см одинакового диаметра на всём протяжении, которая разбиралась по середине. Видоизменение этой первоначальной формы шли в разных направлениях: утончение трубки, укорочение её, более удобное устройство ушного конца, применения различных материалов для изготовления трубки.

Стетоскоп представляет собой цилиндрическую трубку. Широкая его часть имеет в большинстве случаев воронкообразную форму и прикладывается к ушной раковине, а более узкая, так называемы раструб стетоскопа, — к телу больного. Стетоскопы делают из различных материалов: дерева, металла, слоновой кости, пластмассы. Впоследствии вместо твёрдых стетоскопов были предложены гибкие, впервые рекомендованные Н. Ф. Филатовым. При этом от раструба обычного стетоскопа идут две резиновые трубки, концы которых вставляются в ушные раковины исследователя. Наконец, последние видоизменения стетоскопа, касающиеся его грудного конца, выразились в присоединении к нему приспособления для резонанса с целью усиления звуковых явлений. Так возникли различные формы фонендоскопов. Сначала простые, когда грудной конец стетоскопа обтягивался резиновой перепонкой и более сложные, когда конечная часть фонендоскопа представляет собой металлическую полость, обтянутую мембраной. Звуковые явления, возникающие в том или ином органе, передаются на мембрану, которая приходит в колебание. Полость, покрытая этой мембраной, по теории резонанса усиливает звук. Иногда на занятиях со студентами используют мультифонендоскоп.

В принципе термин стетоскоп, данный Лаэннеком, не совсем точно отражает назначение этого прибора, так как оно происходит от двух слов — stethos — грудь и scopeo — смотрю. Достоинство гибких стетоскопа двоякое: удобство исследования для врача и для больного и более значительное усиление звука. Они почти не изменяют характер естественных звуков и дают мало побочных шумов. Недостатком является значительное изменение естественного характера звуков и большое количество легко возникаемых посторонних шумов. Они неудобны для врача и больного и их использование утомительно.

В целом имеет значение не выбор стетоскопа или фонендоскопа, не способ выслушивания, а умение аускультировать. Следует постоянно пользоваться одним и тем же прибором, так как каждый стетоскоп и фонендоскоп имеет свои индивидуальные особенности.

Различают два основных метода аускультации: метод непосредственной или прямой аускультации, при котором выслушивание производится непосредственно ухом, приложенным к телу больного. Этот метод до настоящего времени распространён во Франции, на родине Лаэннека, основателя посредственной аускультации. Французские врачи, как правило, полузуются непосредственной аускультацией через тонкую салфетку.

Метод посредственной, непрямой или инструментальной аускультации осуществляется посредством стетоскопа или фонендоскопа. Каждый из этих видов аускультации имеет свои достоинства и недостатки. Так, преимуществами непосредственной аускультации являются: большая поверхность восприятия, естественный характер выслушиваемых звуков, но при этом затрудняется локализация звуков, особенно при выслушивании сердца, невозможности её применения в некоторых участках тела, например, в надключичных и подмышечных ямках, её негииеничность у некоторых больных и опасность при инфекционных заболеваниях. При посредственной аускультации появляется возможность локализации звуков в любом месте тела и при любом положении больного, что особенно важно у тяжёлых больных, а также гигиеничность метода.

Правила и техника аускультации будут подробно рассмотрены на практических занятиях. Аускультацию проводят в тёплом помещении, необходимо, чтобы соблюдалась тишина, тело больного должно быть обнажено.

Следует обращать внимание на волосяной покров тела, так как трение инструмента о волосы имитирует типичные патологические аускультативные явления. Раструб стетоскопа или фонендоскопа должен быть плотно, но не сильно приложен к выслушиваемой поверхности, положение врача и больного должно быть удобным.

Обычно проводится сравнительная аускультация, при которой порядок выслушивания тот же самый, что и при сравнительной перкуссии. Выслушивают на симметричных участках и поочерёдно то на одной, то на другой стороне, сопоставляя каждый раз данные выслушивания в следующем порядке: верхушки, передняя поверхность лёгких сверху вниз на симметричных участках, боковые поверхности (от подмышечных ямок книзу, лучше при закинутых за голову руках), задняя поверхность в над-, меж- и подлопаточных областях.

Сначала выслушивают дыхательные шумы, которые называются основными, то есть определяют характер дыхания, его интенсивность, соотношение вдоха и выдоха. Затем обращают внимание на побочные шумы или хрипы, крепитацию, шум трения плевры, затем проводят выслушивание голоса.



Аускультация: история развития метода, физическое обоснование метода, общие правила и техника аускультации.

Аускулыпация (от лат. auscultatio — выслушивание) — метод исследования внутренних органов, основанный на выслушивании звуковых явлений, связанных с их деятельностью.

Аускультация осуществляется путем прикладывания к поверхности тела человека уха или инструмента для выслушивания, в связи с чем различают аускультацию прямую (непосредственную) и непрямую (опосредованную).

Аускультация была разработана французским врачом Рене Лаэннеком в 1816 г., а описана и введена им во врачебную практику в 1819 г. Он же изобрел первый стетоскоп. Лаэннек обосновал клиническую ценность аускультации, описал и дал обозначения почти всех аускультативных феноменов (везикулярное, бронхиальное дыхание, крепитация, шумы). Благодаря исследованиям Лаэннека аускультация вскоре стала важнейшим методом диагностики болезней легких и сердца и получила быстрое признание во многих странах, в том числе в России.

В 1824 г. появились первые работы отечественных авторов, посвященные этому методу. Большое внимание развитию и внедрению аускультации уделял П. Чаруковский. Развитие аускультации в дальнейшем связано с усовершенствованием стетоскопа (П. Пиорри, Ф. Г. Яновский и др.), изобретением бинаурального стетоскопа (Н. Ф. Филатов и др.), фонендоскопа иизучением физических основ аускультации (И. Шкода, А. А. Остроумов, В.

П. Образцов и др.). Дальнейшим развитием аускультации явилась разработка методики записи звуковых явлений (фонография), возникающих в различных органах.

Первая графическая запись звуков сердца осуществлена в 1894 г. (В. Эйнтховен). Благодаря улучшению техники регистрации звуков за последние два десятилетия было разрешено много неясных вопросов аускультации, что повысило ее значение. Акт дыхания, сокращения сердца, перистальтика желудка и кишечника вызывают колебания тканей, часть которых достигает поверхности тела. Каждая точка кожи становится источником звуковой волны, распространяющейся по всем направлениям.

По мере отдаления энергия волн распределяется на все большие объемы воздуха, быстро уменьшается амплитуда колебаний и звук становится настолько тихим, что не воспринимается ухом, не соприкасающимся с телом. Прямое прикладывание уха или стетоскопа предотвращает ослабление звука от рассеивания энергии.

В клинической практике применяют как непосредственную (прямую), так и опосредованную (непрямую) аускультацию.

Аускультация. Физическое обоснование метода.

При первой значительно лучше выслушиваются тоны сердца, тихое бронхиальное дыхание; звуки не искажаются и воспринимаются с большей поверхности (соответственно величине ушной раковины).

Однако этот способ неприменим для аускультации в надключичных ямках и подмышечных впадинах, а иногда и по гигиеническим соображениям.

В случае непрямой аускультации, т.е. с помощью инструментов или приборов, проводящих, усиливающих и фильтрующих звук по частоте (например, стетоскоп, фонендоскоп), звуки в большей или меньшей степени искажаются вследствие резонанса.

Однако при этом обеспечиваются лучшая локализация и ограничение звуков разного происхождения на малом участке, поэтому они воспринимаются обычно более четко.

При аускультации твердым стетоскопом наряду с передачей звука через столб воздуха имеет значение передача вибраций через твердую часть стетоскопа в височную кость исследующего (костная проводимость).

Простой стетоскоп, изготовляемый обычно из дерева, пластмассы или металла, состоит из трубки с воронкой, которая приставляется к телу больного, и вогнутой пластинки на другом конце для прикладывания к уху исследующего. Широко распространены бинауральные стетоскопы, состоящие из воронки и двух резиновых или каучуковых трубок, концы которых вставляются в уши.

Бинауральный способ аускультации более удобен, особенно при аускультации детей и тяжелобольных.

Стетоскоп представляет собой закрытую акустическую систему, в которой основным проводником звука является воздух: при сообщении с наружным воздухом или при закрытии трубки аускультация становится невозможной. Кожа, к которой приложена воронка стетоскопа, действует как мембрана, чьи акустические свойства меняются в зависимости от давления: при увеличении давления воронки на кожу лучше проводятся высокочастотные звуки, при слишком сильном давлении тормозятся колебания подлежащих тканей.

Широкая воронка лучше проводит звуки низких частот.

Применяются, кроме того, фонендоскопы, которые в отличие от стетоскопов имеют мембраны на воронке или капсуле. Были предложены фонендоскопы с электрическим усилителем звука, однако они не получили распространения в связи со слабой слышимостью и трудностью истолкования сложных звуков при аускультации, правильная дифференциация которых достигается только на основе опыта. Имеющиеся в настоящее время усилители не обеспечивают равномерного усиления всех составляющих частот звука, что приводит к его искажению.Для уменьшения в стетоскопах явлений резонанса (т.

е. усиления одного тона из сочетания различных тонов) необходимо, чтобы ушная пластинка и воронка прибора не были слишком глубоки, а внутренняя полость капсулы фонендоскопа имела сечение параболы; длина твердого стетоскопа не должна превышать 12 см. Кроме того, желательно, чтобы трубки фонендоскопа были возможно короче, а количество воздуха в системе — как можно меньше.

Аускультация остается незаменимым диагностическим методом для исследования легких, сердца и сосудов, а также при определении артериального давления по способу Короткова, распознавания артериовенозных аневризм, внутричерепных аневризм, в акушерской практике.

Аускультация показана при исследовании органов пищеварения (определение кишечных шумов, шума трения брюшины, шума при сужении кишечника), а также суставов (шума трения внутрисуставных поверхностей эпифизов).

Правила аускультации.

Аускультация должна проводиться по определенным правилам с соблюдением следующих условий. В помещении должно быть тихо, чтобы никакие посторонние шумы не заглушали выслушиваемых врачом звуков, и достаточно тепло, чтобы больной мог находиться без рубашки. Во время аускультации больной либо стоит, либо сидит на стуле или в постели — в зависимости от того, какое его положение оптимально для исследования.

Тяжелобольных выслушивают в положении лежа на постели; если проводится аускультация легких, то, выслушав одну половину грудной клетки, больного осторожно поворачивают на другой бок и продолжают аускультацию. Следует избегать выслушивания над поверхностью кожи, имеющей волосы, так как трение о них раструба или мембраны фонендоскопа создает дополнительные звуки, затрудняющие анализ звуковых явлений.

Во время выслушивания стетоскоп нужно плотно всей окружностью прижать к коже больного. Следует, однако, избегать слишком большого давления, иначе произойдет ослабление вибрации ткани в зоне прилегания стетоскопа, вследствие чего станут тише и выслушиваемые звуки.

Врач должен плотно удерживать стетоскоп двумя пальцами. Во время исследования в соответствии с поставленной задачей он меняет положение больного (например, в положении больного сидя или стоя лучше выслушивается диастолический шум аортальной недостаточности, а диастолический шум митрального стеноза — если больной лежит, особенно на левом боку).

Необходимо также регулировать дыхание больного, а в некоторых случаях ему предлагают покашлять (например, после выделения мокроты выслушиваемые ранее в легких хрипы могут исчезнуть или изменить свой характер). В настоящее время медицинская промышленность выпускает разнообразные стетоскопы и фонендоскопы, которые в большинстве своем различаются только по внешнему виду.

Однако одно из основных правил аускультации требует, чтобы врач всегда пользовался тем аппаратом, к которому он привык. Опытные врачи знают: если случайно для аускультации приходится воспользоваться чужим стетоскопом, то значительно труднее провести качественный анализ выслушиваемых звуков.

Последнее требование подчеркивает необходимость достаточных теоретических знаний у врача, чтобы он мог правильно трактовать выслушиваемые звуки, и постоянной тренировки, приобретения навыка выслушивания. Только в этом случае аускультация как метод исследования раскрывает перед врачом все свои возможности.

Посредственная аускультация.

Непосредственная аускультация (лат. auscultatio — выслушивание; tnauscultare — внимательно слушать). Теофил Гиацинт Лаэннек (1782―1826 гг.) — будучи студентом Парижского университета, Лаэннек начал работу по изучению чахотки (греч.

phthisis; от phthio — чахнуть, сохнуть).Патологоанатомические вскрытия умерших от этой болезни выявляли в различных органах специфические образования, которые Лаэннек назвал туберкулами (лат. tuberculum — бугорок, узелок). Они возникали и развивались без внешних признаков, а когда симптомы болезни проявлялись, спасти больного было уже не возможно. Выслушивание ухом не давало ощутимых результатов.

Никаких средств прижизненной диагностики еще не было.

В 1816 возвращаясь из клиники через парк Лаэннек обратил внимание на шумную ватагу ребят, игравших вокруг бревен строительного леса. Одни дети прикладывали ухо к концу бревна, а другие с большим энтузиазмом колотили палкой по противоположному его концу: звук, усиливаясь, шел внутри дерева. Лаэннек увидел решение проблемы.

Поводом для первого применения метода посредственной аускультации при помощи бумажного стетоскопа послужила полнота 19-летней девушки.

«Возраст и пол больной, — писал Лаэннек, — не позволили мне применить… непосредственную аускультацию ухом, приложенным к области сердца… Я попросил несколько листов бумаги, свернул их в тугой цилиндр, приставил один его конец к области сердца и приложил ухо к другому.

Я был в равной степени и удивлен и удовлетворен, когда услышал удары сердца такие ясные и отчетливые, какими никогда не слышал их при непосредственном приложении уха к области сердца».

Труд: «О посредственной аускультации или распознавании болезней легких и сердца, основанном главным образом на этом новом методе исследования».

Шесть лет спустя после выхода в свет его основополагающего труда Рене Лаэннек скончался от туберкулеза — болезни, для победы над которой он сделал более чем кто-либо другой.

Первые стетоскопы (лат. stethoscopium; от греч. stethos — грудь и skopeo — смотрю, исследую) были из бумаги, потом из древа разных пород.

В России первое описание перкуссии было сделано профессором Медико-хирургической академии Ф.

Уденом (1754―1823 гг.). Заслуга внедрения перкуссии и аускультации в клиническую практику принадлежит П.А.

23. Аускультация как метод исследования. Основоположники метода. Способы аускультации.

Чаруковскому (1790―1842 гг.) в Петербурге и Г.И. Сокольскому (1807―1886 гг.) в Москве.

3. Клинические школы Г.А.Захарьина и С.П.Боткина: направления исследований, достижения.

Российская медицина создала и развивала направление, искавшее пути к изучению здорового и больного человека не только с точки зре­ния анатомического строения и местных анатомических расстройств, но в первую очередь с точки зрения общих физиологических связей всех си­стем и органов человеческого тела с внешней средой.

С наибольшей глубиной передовые черты российской медицины проявились в клинике крупнейших ученых второй половины XIX века Г.А.Захарьина и С.

П. Боткина

Григорий Антонович Захарьин (1829—1897) в 1852 г. окончил медицинский факультет Московского университета, совершенство­вался в терапевтической клинике и в 1854 г. защитил докторскую дис­сертацию на тему о послеродовых заболеваниях. В 1856—1859 гг. он зна­комился с постановкой терапии в Берлине, Париже и Вене. Вся преподава­тельская деятельность Г. А. Захарьина с 1860 г. по 1895 г. прошла в фа­культетской терапевтической клинике Московского университета.

Главную задачу клинициста Г.

А. Захарьин выразил следующим образом: «Определить, какая болезнь (исследование и распознавание), как она пойдет и чем кончится (предсказание), назначить план лечения и проводить в исполнение, сообразуясь с течением болезни (наблюдение)» Большое значение Г.

А. Захарьин придавал клиническим лекциям. Он писал: «Клиническая лекция и должна быть образцом правильной методи­ки и индивидуализирующей клиники. И чем более она отличается от главы учебника, тем более она и имеет право называться клинической лекцией».

Своими исследованиями он охватил ряд вопросов клинической ме­дицины. Он описал клиническую карти­ну сифилиса сердца и легких, в частно­сти сифилитическую пневмонию, клини­ку легочного туберкулеза, дал класси­фикацию туберкулеза.

Г. А. Захарьи­ным были выдвинуты оригинальные тео­рии о роли эндокринных нарушений в этиологии хлороза, об ангионевротической природе геморроя. Им были впервые описаны зоны кожной гиперестезии при заболеваниях внутренних органов (так называемые зоны Захарьина — Геда).

Основная заслуга Г.

А. Захарьина заключается в развитии метода непосредственного клинического наблюдения и разработке метода опроса больного. Он развил основные положения учения М.Я.Мудрова: лечение са­мого больного, требование строго определенной последовательности в об­следовании больного и индивидуализации в подходе к назначению лечения и режима. Метод Захарьина — это не только «анамнез» (как ошибочно трактуют некоторые авторы), это подробный и тщательный систематиче­ский опрос больного (расспрос, «поднимающийся до высоты искусства», имеющий целью установить вероятные причины болезни, ее развитие, функциональное со­стояние органов (нередко ранее появления ясных симптомов нарушения их деятельности), опрос, позволяющий назначить нужный режим, лекарства и другие лечебные мероприятия.

Инициатива опроса должна оставаться в руках врача. Опрос у Г. А. Захарьина охватывает не только прошлое (анамнез), но и настоящее состояние и обстановку жизни больного.

Его интересовали жилищно-бытовые условия больного, жилое и служебное помещения, обмывание, одежда, дурные привычки, излише­ства, табак, чай, кофе, питье, пища, вино, водка, выкидыши, умственная и физическая работа, отдых, ежедневное пребывание в помещении и на воз­духе, сон.

Опрос представлял собой соединение двух принципов: физиоло­гического (по системам и органам) и топографического. Метод исследо­вания Захарьина охватывает все органы и системы: дыхание, кровообра­щение, желудочно-кишечный тракт (желудок, кишечник, печень, селезен­ка), мочеполовую систему, обмен веществ, кроветворную и нервную си­стемы и нервно-эмоциональное состояние (сон, память, сообразительность, настроение, головные боли, головокружение, парестезии и т.

д.). Этот метод позволяет выявить функциональное нарушение заболевшего органа нередко ранее обнаружения анатомических изменений.

Г. А. Захарьин широко применял и проверенные методы объективно­го исследования больных: осмотр, перкуссию, аускультацию, пальпацию органов, лабораторные исследования мочи, мокроты, кала, крови, измере­ние температуры и специальные методы исследования зрения, слуха, осмотр гортани, исследование мочевого пузыря.

Он довел до виртуозности методы непосредственного наблюдения при помощи органов чувств. Из но­вого Г. А. Захарьин брал то, что действительно оказывалось ценным и вводил у себя в клинике только те методы исследований, которые ока­зывались необходимыми. В своей клинике Г. А. Захарьин организовал ла­бораторию, где в 70-х годах проверялось действие лекарственных веществ. Г. А. Захарьин часто направлял своих учеников в лаборатории других кафедр для ознакомления с методиками проведения специальных иссле­дований.

Большое значение Г.

А. Захарьин придавал лечению, он говорил, что без терапии клиника сводилась бы к созерцанию смерти, и был сторонни­ком активной терапии. Значительное место в лечебных советах занимали его указания больному о режиме и образе жизни: «Из­мени обстановку, измени деятельность, измени образ жизни, если хочешь быть здоровым».

Наряду с покоем он рекомендовал движение. В сочетании с гигиеническими и профилактическими мероприятиями применял медикаменты и общие лечебные приемы — массаж, кровопуска­ние, минеральные воды, климатолечение легочных туберкулезных больных не только на юге, но и в загородной местности по месту жительства боль­ного. Он выступал против широко распространенного в его время обы­чая богатых людей ездить на заграничные курорты и рекомендовал лече­ние на отечественных курортах.

В его клиническом учении видное место занимали вопросы гигиены.

В своей речи «Здоровье и воспитание в городе и за городом» он говорил: «Чем зрелее практический врач, тем более он понимает могу­щество гигиены и относительную слабость лекарственной терапии».

«При­чиной пренебрежения гигиеной нередко бывает соблазн считать врачеб­ный совет исполненным, если дан рецепт, стоящий столь малого труда». «Победоносно спорить с недугами масс может лишь гигиена. Самый успех терапии возможен лишь при соблюдении гигиены».

Сергей Петрович Боткин (1832—1889) в 1854 г. окончил медицинский факультет Московского университета, после чего отправился на театр военных действий в Крым, где под непосредственным руковод­ством Н.

И. Пирогова работал в Симферопольском военном госпитале. В 1856—1860 гг. С. П. Боткин работал в клиниках и лабораториях Берлина, Вены и Парижа. С 1860 г. по приглашению своего бывшего учителя по физиологии в Московском университете И.

Т. Глебова С. П. Боткин стал профессором Петербургской медико-хирургической академии и с 1862 по 1889 г. руководил там академической терапевтической клиникой.

С. П. Боткин выдвинул четкое и ясное материа­листическое учение о ведущем значении среды в происхождении приобре­таемых и наследуемых свойств организма, о первенствующей роли среды в происхождении болезней.

Он материалистически решал вопросы общей теории медицины, исходя из до­стижений классической русской философии и передового естествознания своего времени. В 1886 г. С. П. Боткин дал определение медицины: «Изучение человека и окружающей его природы в их взаимодействии с целью предупреждать болезни, лечить и облегчать — составляет ту отрасль человеческих знаний, которая известна под именем медицины». Задачи медицины С. П. Боткин определял так: «Главнейшие и существен­ные задачи практической медицины — предупреждение болезни, лечение бо­лезни развившейся и, наконец, облегчение страданий больного человека».

Он стремился превратить клиническую медицину в точную науку и считал, что «неизбежный для этого путь есть научный… Если практически медицина должна быть поставлена в ряд естественных наук, то понятно, что приемы, употребляемые в практике для исследования, наблюдения и лечения больного, должны быть приемами естествоиспытателя».

Он считал, что «чем более совершенствуется клини­ческая медицина, тем меньше в ней будет места искусству и тем более она будет научна».

«Значение врачебного искусства будет уменьшаться по мере увеличения точности и положительности наших сведений».

Одним из первых С. П. Боткин широко ввел лабораторные методы исследования в клинике внутренних болезней и применил эксперимент для решения клинических вопросов. В лаборатории, организованной при клинике С. П. Боткина, проводились экспериментальные работы по патологическим вопросам: изучались трофические расстройства при перерезке нервов, нефрит, аневризма аорты и др.

С. П. Боткин и его ученики клинически и экспериментально изучали фармакологические средства: горицвет, ландыш, чемерицу, строфант, лобелию, соли калия, рубидий, цезий, антипирин, кофеин, морфин, кокаин и др.

Как клиницист С. П. Боткин отличался большой наблюдательностью, умением индивидуализировать больного, правильно оценивать значение отдельных проявлений болезни, что и делало его тонким диагностом. Многие научные обобщения и наблюдения С. П. Боткина оказались подлинными открытиями: инфекционное происхождение так называемой катаральной желтухи, связь образования желчных камней с микроорганизмами, учение о периферическом сердце, о коллапсе, о причине смерти при крупозной пневмонии, о падении пульса вследствие слабости сосудов, о блуждающей почке и явлениях энтероптоза, о наличии нервных центров и т.

д. С. П. Боткин дал глубокий анализ поражений нервной системы, системы кровообращения, кроветворения. Он пришел к широким обобщениям в об­ласти патологии.

С. П. Боткин создал неврогенную теорию пато­генеза, тем самым положил начало принципиаль­но новому этапу развития клинической медицины.

С. П.

Боткин значи­тельно расширил наши знания о заразных заболеваниях. Он изучал взаимоотношение макро­организма и микроорганизма, учитывал сопротивляемость человеческого организма и отмечал изменчивость болезни.

С. П. Боткин проявлял активный интерес и к вопросам организации медицинского дела. По его предложению была улучшена постановка лечеб­ного дела в городских больницах с целью приближения их к условиям клиник: в больницах были устроены лаборатории, проводились патолого-анатомические вскрытия, врачебные конференции, было улучшено питание больных.

Кроме улучшения постановки больничного дела, он занимался и амбулаторным лечением, пытался установить связь амбулаторной дея­тельности с клиникой. Большой его заслугой явилось введение в Петер­бурге по его инициативе «думских врачей» для оказания помощи на дому беднейшему населению города.

Это было первой в мире попыткой органи­зации бесплатной помощи на дому.

С. П. Боткин был выдающимся преподавателем высшей медицинской школы, много времени отдавал подготовке врачей, читал лекции, прово­дил обходы и амбулаторные приемы со студентами. С. П. Боткин создал обширную школу своих последователей. За 28 лет профессорской деятельности через его клинику прошло 106 ординаторов, из которых 87 закончили ординатуру защитой докторских диссертаций. Из этих 87 докторов меди­цины, вышедших из клиники С.

П. Боткина, 45 стали профессорами выс­шей школы и широко распространяли идеи своего учителя.

Общими для С. П. Боткина и Г. А. Захарьина принципиальными чертами их медицинских воззрений были трактовка заболевания как процесса, затрагивающего весь организм, и указание на роль нервной системы в физиологии и патологии.

Таким образом, отечественные клиницисты второй половины XIX века со­храняли верность материалистическим традициям русской нау­ки и, критически используя до­стижения науки других стран, продолжали развивать основные положения С.

Г. Зыбелина, М. Я. Мудрова и И. Е. Дядьковского. В деятельности С. П. Боткина, Г. А. Захарьина проявились основные черты российской медицины, глубокие общественные традиции, близость к народу, понимание его нужд и потребностей.

Приоритетные позиции белорусских врачей и ученых в развитии терапии (С.Л.Бизио, В.В.Герберский, Ф.Рымкевич, С.С.Зимницкий, Ф.И.Пастернацкий).

Виленский университет был передовым высшим учебным заведением в Восточной Европе. В этой среде сформировались крупные ученые, выходцыв из Беларуси, которые в последующем заняли ведущее место среди профессоров медицин­ского факультета и его преемницы — медико-хирургической академии, внесли значительный вклад в развитие теоретической и практической медицины.

Некоторые из них продолжи­ли свою научную деятельность в университетах Санкт-Петербурга, Москвы, Казани, Варшавы, Киева.

В 1781 г. С. Л. Бизио был приглашен на должность профессора анатомии и физиологии, что улучшило преподавание этих предметов в Виленском университете. В 1782 г. его избрали президентом медицинского коллегиума, который с 1783 по 1797 г. входил в состав физического коллегиума (факультета).

Врач производил патологоанатомические вскрытия и описал одно из них в специальной брошюре, изданной в 1770 г.

В 1772 г. в работе (параллельно на латинском и польском языках) «Ответ Стефана Бизио другу философу на вопросы о меланхолии, мании и колтуне» ученый описывал психические заболевания и высказывал мнение о распространившемся в крае колтуне. Вопреки общепринятому мнению исследователь утверждал, что эта болезнь бывает у тех, кто не моет голову и не расчесывает волосы.

Психические же заболевания он считал следствием ослабления кровеносных сосудов головного мозга. С. Л. Бизио принадлежали и другие книги, среди которых можно назвать изданное в 1773 г.

в Вильно на латинском языке «Письмо о методе, примененном для лечения злокачественной лихорадки».

Мысли С. Л. Бизио о том, что колтун не является божьим наказанием за грехи, были не по душе руководителям Главной школы — в прошлом монахам ордена св. Иисуса.

А. Д. Герберский (1783—1836) — профессор кафедры частной патологии и терапии. Научившись исследовать легкие и сердце с помощью слуховой трубки (стетоскоп) у Р. Ла­эннека в Париже, В. Д. Герберский одним из первых в России внедрил этот метод в клинике.

Ф.

А. Римкевич (1799—1851) из Могилева, профессор кафедры частной терапии, физиологии и медицинской энциклопедии, автор более 40 работ по физиологии, патологии, диагностике, терапии, педиатрии, медицинской географии. «О применении стетоскопа» (1824) — первый в России научный труд об аускультации сердца и сосудов. Написал одну из первых в России монографий о холере (1830), учебное руководство по терапии (1832).

Ему принадлежат работы о методах диагностики детских болезней, заболеваниях сердца после ревматической горячки, о колтуне и глистах. Ф. А. Римкевич сформулировал взгляд на психические болезни как на следствие анатомических изменений головного мозга.

Ф. А. Римкевич подготовил и издал латинско-польский словарь медицинской и естествоведческой терминологии в 2 томах (1841—1844). Под его руководством выполнено около 30 докторских диссертаций.

В области клинической медицины оставили свой след еще два уроженца Беларуси.

Ныне всем специалистам известен «симптом Пастернацкого», кото­рый заключается в появлении болевых ощущений при поколачивании поясничной области больного. Этот при­знак ряда почечных заболеваний описал Федор Игнатьевич Пастернацкий, уроженец Минского уезда.

После окончания Минской духовной семинарии (1866) Ф. И. Пастернацкий занимался в Университете св.

Владимира в Киеве, который окончил со званием «лекарь с отличием» (1871). Работал в госпитальной терапевтической клинике этого университета, руководимой профессором В. Т. Покровским, а с 1879 г.— на кафедре диагностики и общей терапии Военно-медицинской академии в Петербурге. Защитил диссертацию.

Основной тематикой работ Ф. И. Пастернацкого и его учеников были диагностика и лечение болезней почек, физиотерапия и курортология.

Посмертно в 1907 г. была

издана его монография «Пиэлит», посвященная воспалению почек. Ученый предложил оригинальный метод пальпации почек, разрабатывал методы их лечения. Он был последователем разработанного выдающимся клиницистом С. П. Боткиным направления в лечении внутренних болезней.

Ф. И. Пастернацкий и его ученики изучали лечебные факторы Кисловодска, действие минеральных вод Ессентуков, Пятигорска, Боржоми, климат Гагры и других черноморских курортов.

Ученый организовал и возглавил климато-бальнеологическую секцию «Русского общества охранения народного здравия», был одним из организаторов Всероссийской гигиенической выставки в 1894 г.

и I Всероссийского съезда деятелей по климатологии, гидробиологии и бальнеологии в 1898 г.

В области изучения заболеваний почек известны работы и Семена Семеновича Зимницкого. Он родился 11 декабря 1873 г. в Могилевской губернии в крестьянской семье. Поступил в Военно-медицинскую академию в Петербурге. По ее окончании С.

С. Зимницкий получил степень «лекаря с отличием» и был зачислен в ординатуру к профессору С. С. Боткину — продолжателю школы и сыну знаменитого С. П. Боткина. Под руководством С. С. Боткина и И. П. Павлова молодой ученый защитил диссертацию на соискание степени доктора медицины «Отделительная работа желудочных желез при задержке желчи в организме».

С 1906 г.

профессор С. С. Зимницкий заведовал кафедрой частной патологии и терапии медицинского факультета Казанского университета, а с 1924 г. одновременно руководил кафедрой инфекционных болезней местного института усовершенствования врачей.

Ученый предложил изучать секреторную функцию желудка с помощью применяемого и сейчас пробного двойного бульонного завтрака.

Он основал функциональное направление в гастроэнтерологии и создал новый физиологический подход к функциональной диагностике при болезнях почек. По его методу, широко вошедшему в практику, и в наши дни определяют функциональную способность почек к осмотическому концентрированию и разведению. «Проба Зимницкого» — простой и безвредный способ обследования больного. Ряд работ ученого посвящен лечению заболеваний сердца и артериальной гипертензии.

Он создал и возглавлял одну из крупных отечественных школ терапевтов в Казани и был председателем IX Всесоюзного съезда терапевтов в 1926 г.

1. История открытия перкуссии.

Л. Н. Ауэбруггер
Ж. Н. Корвизар
Выполнила: студентка
1-го курса МБФ группы 15-01
Гилязова Алия

2.

• Перкуссия (лат. percussio, нанесение
ударов) — физический метод
медицинской диагностики,
заключающийся в простукивании
определённых участков тела и
анализе звуков, возникающих при
этом.

По характеру свойств звука врач
определяет топографию внутренних
органов, физическое состояние и
отчасти их функцию.

3.

Одним из первых диагностических
методов, была придумана ПЕРКУССИЯ.
Ее предложил венский врач Леопольд
фон Ауэнбруггер.

7 лет он изучал
применение данного метода и
опубликовал ряд работ. Но несмотря
на важность открытия, данный метода
не был принят его современниками. В
1761 г. он публикует метод.

4.

Австрийский врач,
первым в истории
медицины (в 1754
году) применивший
метод перкуссии в
качестве средства
диагностики
заболеваний.
Леопольд Ауэнбруггер (19 ноября
1722, Грац — 17 мая 1809, Вена)

5.

Способ непосредственной
перкуссии по Л.
Ауэнбруггеру

6.

И только спустя 54 года его по
достоинству оценил и внедрил в
практику Французский врач ЖанНиколя Корвизар-Демаре.

Он изучил
работу Ауэнбруггера и опубликовал
полный перевод на французский язык
со своими дополнениями. «и
несколько изменилась техника
перкуссии».

7.

Метод перкуссии по Корвизару
Жан-Никола Корвизар-Демаре
1755-1821

8.

Развитие метода шло вперед и в 1826
г.

Метод аускультации

(спустя 18 лет). Французский врач
Пьер Адольф Пиорри предлагает
использовать плессиметр, с целью
улучшение качества перкуторного
звука.

9. Характеристики перкуторного звука

• Громкость перкуторного звука зависит от
амплитуды звуковых колебаний перкутируемой
части тела.
• Амплитуда звуковых колебаний зависит как от
силы перкуторного удара, так и от способности
перкутируемой части тела давать
колебательные движения.
• Плотные органы дают при перкуссии звук с
малой амплитудой (тихий), а –содержащие
воздух- с большей амплитудой колебаний
(громкий).

10.

Виды плессиметров

11.

Как дополнение к плессиметру
немецкий терапевт Антон Витрич
предлагает использовать молоточек.
И перкуссия становиться
инструментальной.
Классические молоточки
Молоточек Гельдшейхера

12.

Методика перкуссии, которой мы
пользуемся сейчас появилась значительно
позже. Но если проследить за эволюцией
перкуссионной техники от Ауэнбруггера до
наших дней, то мы увидим характерные
черты каждого автора.
Современные методы перкуссии

История открытия перкуссии

English     РусскийПравила

Вам также может понравиться

Об авторе admin

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *